БИЗНЕСПЕРСОНА

По принципу «добросовестно и разумно»

Людей, посвятивших себя такому служению, сравнивают то со спасателями, то с саперами. Еще бы, ключевой фигурой, от которой зависит, пойдет ли процедура банкротства по криминальному сценарию, либо — напротив — криминальные схемы будут вскрыты, является арбитражный управляющий. И ему сегодня работать в интересах должника, кредиторов и общества одновременно — достаточно сложно.

ЛИНА ЕПИФАНОВА,
региональный представитель Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия»
@epifanova2660

Но есть те, для кого принцип «добросовестно и разумно» остается главным мерилом, несмотря на усложнившуюся процедуру получения профессии и серьезные риски потери статуса. Почти как в футболе — две желтых карточки, и — дисквалификация.
Этот разговор случился в самолете перед посадкой в городе N.
Там уже ждут Лину Епифанову, регионального представителя Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия» с ее новым сценарием развития событий.

— Лина, расскажите, как Вы пришли в профессию?
— Я работала на крупном государственном предприятии, когда арбитражным судом было принято заявление о признании его банкротом. Тогда я даже близко не представляла себе, что такое банкротство, как проходит процедура, и каковы ее последствия. Так получилось, что в мои обязанности вменили предоставление ряда сведений, касающихся финансового состояния предприятия, по запросам арбитражного управляющего. Всю процедуру наблюдения я подбирала документы, предоставляла информацию, давала пояснения. Когда это предприятие признали банкротом, началось массовое увольнение. Мне предложили работу помощника арбитражного управляющего. Я согласилась и пять лет проработала помощником в новой должности. Полностью изучила закон о банкротстве и другие сопутствующие нормативно-правовые акты, арбитражную практику, научилась анализировать сделки и финансовое состояние должников, проводить все мероприятия связанные с процедурами банкротства.

В какой то момент поняла: готова работать самостоятельно. Прошла обучение, но, учитывая мой практический опыт к тому времени, ничего нового не узнала (улыбается). Сдала теоретический экзамен, получила свидетельство о прохождении стажировки и начала работать арбитражным управляющим. Работа давалась мне легко. На тот момент еще не было столь объемной и противоречивой арбитражной практики. Все было гораздо проще…

— Как проходило становление, и как менялся профессиональный путь?
— Все менялось вместе с новым Федеральным законом от 26.10.2002 No 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Стало понятно, что противоречий гораздо больше. К тому же, в закон постоянно вносятся изменения. Регулярно меняется арбитражная практика. При одних и тех же обстоятельствах суды разных регионов принимают или абсолютно противоположные, или «волнообразные», когда через 3-5 месяцев после вынесенных решений принимаются диаметрально противоположенные. Это очень осложняет работу.

Арбитражный управляющий, в силу закона, должен действовать добросовестно и разумно в интересах кредиторов, должника и общества. Иными словами, это, пожалуй, единственная профессия, за которой юридически закреплено действовать в интересах всего мира. Но ведь мы понимаем, что в деле о банкротстве принимают участие стороны с противопоставленными интересами: должник, работники предприятия и кредиторы… У каждого кредитора свои интересы. И любое, принятое арбитражным управляющим решение, так или иначе, кому-то не понравится. Начинаются судебные споры, что приводит к затягиванию процедуры. А с учетом меняющейся практики, эти споры длятся очень долго, дела пересматриваются с учетом новых обстоятельств.

Законом предусмотрена возможность лиц, участвующих в делах о банкротстве, обращаться с жалобами на действия арбитражного управляющего. Никакой ответственности за необоснованные жалобы не предусмотрено, поэтому происходит откровенное злоупотребление правом. Я знакома с управляющими, кому угрожали физической расправой, кого-то пытаются шантажировать (в духе: либо вы не подаете заявление об оспаривании сделки, либо мы закидаем вас жалобами). Это происходит сплошь и рядом. Какого-то действенного механизма защиты арбитражных управляющих просто не существует.

— Фактор времени играет важную роль, и у Вас наверняка есть кейс, иллюстрирующий это. Расскажете?
— Отдельно хотела бы поговорить про процедуру реализации имущества на торгах. На сегодняшний день это абсолютно не эффективная, длительная, дорогостоящая процедура. Мы по несколько лет не можем реализовать имущество должника. Сразу после инвентаризации происходит оценка имущества. Если в деле о банкротстве есть лица, заинтересованные в ее затягивании, то начинаются судебные споры по результатам оценки, судебные экспертизы.

Далее необходимо утвердить кредиторами положение о торгах, в котором прописывается начальная цена, шаг торгов, размер задатка, наименование торговой площадки, организатор торгов и многое другое. Положения зачастую так же длительное время утверждаются в суде, в апелляционном суде…

Потом сами торги. Сначала первые — на повышение, потом вторые — на повышение, потом третьи — в форме публичного предложения, идут уже на снижение цены. Кредиторы, как правило, устанавливают большую цену отсечения, в результате, приходится проводить вторые торги в форме публичного предложения. Много времени. Очень много.

— Какие перспективы у Вашей профессии?
— По поводу перспектив профессии на будущее. Если честно, то на сегодняшний день идет истребление профессии надзорными органами. При таком уровне заработной платы и таком уровне ответственности, я думаю, в скором времени никто не захочет работать арбитражным управляющим. К сожалению, я знакома со многими, кто уже ушел из профессии…

— Как можно изменить ситуацию? Вы думали об этом?
— Если бы у меня была такая возможность, я бы упростила процедуру реализации имущества, отменила бы оценку, утверждение положения. Сделала бы одни торги на повышение, начиная с нулевой стоимости. Прописала бы на законодательном уровне срок проведения торгов, например, 4 месяца. И весь этот срок, желающие приобрести имущество, могли бы отправлять свои предложения с открытой для всех информацией о предложенной цене.

Из опыта работы могу сказать: цену реализации, в конечном счете, все равно устанавливает рынок. Если начальная цена ниже рыночной, то имущество забирают на первых же торгах с определенным повышением, но по рынку. Если начальная цена завышена, то имущество забирают на определенном этапе снижения на торгах в форме публичного предложения. Зачем тогда все усложнять?

Я бы предложила на законодательном уровне закрепить следующее: в спорных ситуациях и в ситуациях, по которым имеется не однозначная арбитражная практика, решения принимаются собранием кредиторов.

Я думаю, назрело то время, когда пора появиться на свет закону о банкротстве в новой редакции. Закон, в котором ясно и понятно сформулировано: как должен действовать арбитражный управляющий в той или иной ситуации. Что можно? И что нельзя? Как принимать решения в случаях, не прописанных в законе? Это самая большая проблема, с которой сталкиваются мои коллеги. И последнее. Ни у одной профессии в нашей стране не прописана такая ответственность, как у арбитражного управляющего. Ни у врачей, ни у учителей, ни у иных государственных служащих. Я думаю, в законе о банкротстве не хватает одного требования к нашей профессии, которое непременно нужно прописать.
Быть экстрасенсом.
Лина улыбнулась, а самолет пошел на посадку.

ЛИНА ЕПИФАНОВА
@epifanova2660

Фотограф: Надежда Долгова @dolgovaph
MUAH: Анна Привалова @anechkaprivalova
Образ: @zolotoy_pesok_kras
Локация: @content.place

Оставьте комментарий