КУЛЬТУРАЛичности

Самая таинственная из всех музыкальных

Искренность нельзя изобразить или попытаться скопировать. Согласитесь, если мы в чем-то начинаем сомневаться, значит, не случайно. Музыканты очень хорошо это чувствуют. Превращая звуки в мелодию, они спасают нас от какофонии. А дирижеры сразу определяют, что пиццикато у струнных сыграны не вместе, вступления духовых получаются не всегда, а блестящие аччелерандо исполняются неохотно и стоят больших усилий…

Именно в таком стиле у нас получился разговор с Иваном Великановым, дирижером Красноярского театра оперы и балета им. Дмитрия Хворостовского.

Дирижирование принято считать профессией второй половины жизни. Иван, как и многие, не готовился к дирижерской карьере, хотя и занимался музыкой с раннего детства. Родственники мечтали, чтоб он стал музыкантом. «Совпало так, что я не был против», — говорит Иван.

Своими учителями Иван называет заслуженных мэтров, как профессор Г.Н. Рождественский, и талантливых сверстников, например, М. Емельянычев. Учится у них наблюдательности и остроте ума, следует советам даже за пультом во время концерта. С благодарностью говорит о профессоре В.А. Альтшулере, как о великолепном педагоге, который воспитывает в своих студентах самые главные качества дирижера.

Считая основным делом сочинительство, разумеется, наш герой относит себя к композиторам, проявляя особенный интерес к старинной, многими забытой и мало известной музыке. Если, к примеру, слово «цинк» до сегодняшнего дня напоминало вам о таблице Менделеева, то теперь вы обладаете новым знанием: оказывается, цинк — это старинный музыкальный инструмент, а Иван — единственный в России музыкант, который играет на нем. Также он играет на фортепиано, сочиняет музыку (помимо дирижерского получил композиторское образование), делает оркестровую музыку. В 2009 году Иван основал первый в России ансамбль ренессансных и барочных духовых инструментов. Так он познакомил российского слушателя с европейской духовной и светской музыкой XIV-XVII веков, до сих пор почти не исполнявшейся в нашей стране на тех инструментах, для которых она создавалась.

С первых уроков понял, что мне нужна техническая база. Я совершенно не умел махать руками

Сегодня этот молодой и талантливый дирижер работает в Красноярском театре оперы и балета им. Дмитрия Хворостовского. И уже подарил нам несколько ярких проектов, несмотря на то, что плотность культурных событий в этом году невелика.

Спектакль «Ленинградская симфония» стал серьезной работой для всего коллектива театра. Диптих, без антракта, на небалетную музыку. Премьерный показ должен был состояться 9 мая, в день 75-летия Победы в Великой Отечественной войне, но помешала пандемия.

И увидеть его зрители смогли только в сентябре, во время трансляции по одному из федеральных каналов.

«Чародей? Медиум? Медиатор? В какой-то степени да, дирижер — посредник между композиторским замыслом и чувствами, мыслями зрителей».

«Концерт звезд в Оперном» прошел «на ура».
Конечно, одна из самых известных опер Джузеппе Верди «Риголетто». Неожиданная, на любителя с точки зрения формы воплощения. Это и не концерт, и не спектакль, потому что оркестр находится на сцене, где выступают актеры, и находятся сложные декорации. Непростая задача для всех участников — существовать в гармонии и одновременно будоражить зрительный зал.

«Дирижерство — дело темное», — говорил Н. А. Римский-Корсаков. Трудно не согласиться. Оркестранты — опытные и профессиональные голоса, исполняющие свои роли. А дирижер, безусловно избранный или же неизбранный политик, должен грамотно управлять этими голосами.
Существуют две абсолютно противоположные точки зрения по поводу оценки степени значимости дирижерского труда. Одни музыканты считают, что обладатель волшебной палочки должен служить метрономом, его задача не позволить сбиться и показывать доли исполнителям. Другие, напротив, ждут от дирижера «своей» интерпретации, свежего дыхания в музыке. Истина кроется где-то между этими полярными мнениями.
Дирижер помогает оркестру, заботится о коллегах, уверен в технической части деталей. Главное, он должен знать, чего хочет от музыки, музыкантов и зрителей. Только так публика воспримет суть и испытает искренние эмоции.

А зрители бывают разные. Сибирь — не Италия. В Красноярске сложно добиться оваций: наш совсем не южный менталитет зачастую не позволяет экстравертно выражать свои эмоции. С учетом соблюдения мер осторожности и последних рекомендаций, публике вообще придется стараться за двоих. И в этом есть свое очарование, когда в большом промышленном городе, в непростые времена, люди идут… в театр за эстетическим наслаждением.

«Надеюсь не обмануть ожиданий и хочу познакомить красноярских зрителей с новыми для них сочинениями, в том числе, созданными очень давно, во времена ренессанса и барокко»

Секрет успешного концерта, по мнению Ивана Великанова, прост: максимум того, чего нужно добиться на репетиции, нужно добиваться на репетиции: погрузиться в нотный текст, уверенно выучить материал. Важны визуальный и аудиальный контакты. Страха быть не должно. Да, у дирижера связаны руки в том смысле, что он должен точно передавать замысел композитора, подчас недвусмысленно отраженный в нотах; тем не менее, импровизация необходима, чтобы музыка дышала. В какие-то моменты оркестру нужно дать возможность сыграть самостоятельно, при том, что дирижер присутствует и всегда готов к новым поворотам и событиям.

Управлять ненавязчиво.
Все время быть.
Присутствовать, но не всегда дирижировать.

Оставьте комментарий