САМОРАЗВИТИЕ

Тем временем в Сочи: «Что это было, Аня, черт возьми?..»

За полтора месяца карантина в Сочи, а точнее в курортном милом Адлере, привыкаешь к разному. Горячая южная кровь, смешанная с расслабленным менталитетом субтропиков, дает такие декорации, что Оруэлл и Голдинг со своими антиутопиями начали бы мысленно редактировать рукописи.  

Из всех сопутствующих карантину бонусов мне больше всего понравились — росгвардейцы, подтянутые торсы которых геометрично перетянуты автоматами. Я выхожу из дома, имея в качестве оправдания пакет с собранным по всем углам дома мусором. Мои заветные пара десятков шагов до баков с гордо поднятой головой. Потом украдкой — вероломно нарушая закон — перехожу дорогу и иду куда глаза глядят. А глядят они на острые верхушки кипарисов на фоне киношного синего неба. Навстречу всегда, каждый раз, идут росгвардейцы. Человек пять — все с автоматами. Я все время думаю, фантазирую — зачем им автоматы?.. Ну, скажем, начну я убегать… 

В общем, не додумывая, я уже маскируюсь в кипарисах или пулей залетаю в «Пятерочку» за очередной коробкой растительного молока и, тогда уж, бутылочкой игристого. 

Еще одна идея фикс на море — конечно, само море. В какой-то момент нам как будто разрешили гулять с 10:00 до 16:00. Никто до сих пор не знает точно, можно ли гулять или нет. Но нам уже так привычно быть «нелегалами», что мы все пошли гулять. В парках с такой негой сидеть на твердых скамейках и впитывать странно холодное для апреля солнце. Покупать кофе на вынос, неловко так и с удовольствием болтая с продавцом. И вот, украдкой, шагать медленно к морю, растягивая это предвкушение встречи. Море перекрывали много раз и по-разному. Пестрые ленты болтались на ветру, никого не останавливая. Потом появились деревянные резные заборчики. Следом — полиция… да, с росгвардейцами! В общем, море под запретом. Гулять в скверах и парках можно, толпиться на скамейках и кормить голубей — тоже, смотреть на море — запрещено. На пляжах только торсы с автоматами — так радостно за них.  

Я, несомненно, поддалась абсолютно всем тенденциям и страхам — всем понемногу. Бывали дни, когда я отмывала свежекупленную бутылочку просекко под краном с детским мылом, потом до блеска натирала стеклянное горлышко антибактериальной салфеткой, и только после заветная шла в морозилку на полчаса. Уж не знаю, гибнут ли остатки вирусов и здравого рассудка при минимальной минусовой температуре за тридцать минут, но на большее моей рациональности не хватало. 

Через сутки ровно я остановилась посреди комнаты и разочарованно вздохнула. Я поняла, что забыла про круговую и тотальную дезинфекцию. Пришла из магазина. Ну, помыла руки, допустим. А потом выгрузила шоколадки и камамбер прямиком на полочки холодильника, упустив этап с детским мылом. Потом взяла что-то другое из этого холодильника и — сразу в рот.  

Ну все — все зря.  

Но самая потрясающая история одинокой девушки-экстраверта произошла со мной в середине апреля. 

Я как раз вышла на незаконную прогулку. Сходила до продуктового, но так ничего по душе и не выбрала. Села на скамейку под шумными говорливыми платанами. Мимо меня проплыли двое парней — молодых, на стиле. Посмотрели, замедлили шаг, потом остановились. Вспоминая рассказы питерской подруги про мародерства и одичавший народ, я спрятала телефон в сумку — в телефоне у меня полжизни, никак нельзя. Страшно стало — а на часах чуть больше двух дня. Я встала со скамейки, вышла на тротуар и пошла в другую от парней сторону. Здесь известная в Адлере кофейня «Аромат+» работала на вынос — от запаха сваренного на песке кофе и тягучих голосов стало спокойнее. В этот момент один из парней на стиле догнал меня и пропел где-то над правым ухом: «Девушка, а может, мы вместе с Вами прогуляемся?..» 

Сию секунду притяжение меня отпустило, и я взлетела сантиметров на тридцать пять над землей.  

Повернувшись к молодому человеку, который мило улыбался, но уже был сильно напуган моей неожиданной реакцией, я отпрянула от него на полагающиеся полтора метра и выставила вперед напряженную руку, ладонью вперед. Так, как будто передо мной был не двадцатипятилетний субтильный мальчик, а росгвардеец со всеми сопутствующими. Потом я процедила сквозь зубы на нашем «змеином»: «Отошел от меня!» и, резко и драматично развернувшись, пошла в сторону дома. Через полторы примерно секунды я осознала, что он хотел познакомиться. Не лучшее выбрал время — факт. Но — что это было, Аня, черт возьми?.. 

В общем, пора заканчивать с этим карантином, ребята. Мне как-никак еще личную жизнь надо устраивать. 

Оставьте комментарий